sfdpnjfv20zrz20xngk1b1v.jpg
RU  EN 

"Счастье с Неба" авторский каталог 2009г

       В каждой новой работе Екатерины Дмитриевой вопросов больше, чем ответов, они многослойны, их интересно рассматривать вновь и вновь, находя скрытые детали, неявные акценты, размышляя о мотивах задуманного сюжета. На этот раз объединяющим началом выступает сизокрылый голубь, перелетающий из полотна в полотно и несущий, как и положено голубю, тем паче, синему, идею счастья, добра, мира.

     …Он был как все и все-таки иным. Нахохлившимся, цепко держащимся за насест, греющим и согревающимся, и лишь цветом отличавшимся от других пернатых («Насест»). Синяя птица не затеняет свое хохлатое окружение, она как лакмусовая бумажка проявляет соседние с ним неяркие тона, и вот уже коричневый становится богатым шоколадным, серый – серебристо-стальным или глубоким маренго, бежевый – прозрачно-карамельным. Все краски на холсте приходят в движение, закручиваются в спираль, притягивают. Главное, сохранить собственное мироощущение, найти свое пространство, свою нишу, свой шесток. Екатерина доказывает возможность проявления яркости своей натуры в однотонном окружении, как возможен в темноте птичника мерцающий блеск синего крыла.


     И все же он улетел. Остался один на голой ветке в завьюженном парке («Синяя птица»). И на фоне этой снежной белизны ультрамарин сияет неземным блеском, как отголосок иных миров и пространств. Палитра художника многообразна и достоверна, экспрессивна и щедра.


     Как нет ничего невозможного в сказках, так и живописные полотна Дмитриевой нас легко переносят из холодной зимы в благодатное лето. И вот голубь уже прошелся по карнизу огромного окна, удачно избегнув ловушки в виде зеленой маскировочной сетки, с любопытством изучил подлежащую реставрации богатую лепнину старого московского особняка и, поприветствовав молчаливо ссутулившегося каменного атланта, отправился в путь («Атлант»).

И с высоты птичьего полета, увидев гуляющую в парке заброшенной старинной усадьбы пожилую женщину, кормящую птиц, решил присоединиться к стае («Заброшенный сад»). Благородная старина прошлого, вазон с каменными фруктами и цветами, обветшалое здание особняка с колоннами в глубине парка, мраморная статуя Фортуны с оскудевшим, увы, за прошедшие столетия рогом изобилия. И в центре композиции – маленькая женщина, олицетворение благородства пожилого человека, с аккуратно прибранной прической, добрая и отзывчивая. Она ли делает птиц счастливыми, давая пищу, или они, своим доверием и безмятежным воркованием дарят ей ощущение собственной нужности.  

  
     Многим наш волшебный дар – память – преподносит счастье увидеть внутренним взором, подглядеть в щелочку благословенный миг раннего детства, но лишь избранным дано им поделиться. На картине «Шмель» Катя вспоминает себя четырехлетним ребенком, вместе с букетом розовой кашки, мохнатым шмелем, бабушкой и котенком, счастливо избежавшим громады бушующих ливнево-грозовых небес и нашедшим в этом океане надежный плот в виде легкой дачной веранды и круглого стола с чайным сервизом. Главное в этой картине – безусловная детская уверенность в хорошем конце, в благополучном спасении, и еще в радости, сопровождающей тебя в каждой точке пути.

Все хорошо: спрятался и потому уцелел шмель, у крылечка встретила бабушка, гроза осталась где-то вдали.
Детство – это когда все живы, здоровы и все тебя любят. А мы такие маленькие, но очень сильные, благодаря этой своей вере!


     Образами раннего детства навеян и сюжет другой картины – «Девочка и павлин». Мир ребенка и мир сказочно-нарядной птицы пока неразделимы, ведь у детей одушевлено все: и птицы, и рыбы, и плюшевый мишка. Они друзья, они есть друг у друга и этим счастливы. Полотно получилось многоцветным, праздничным, как салют в детстве. С годами мы теряем благодатную способность быть счастливыми одной лишь причастностью этой жизни, и потому птицы улетают от нас. Синие и иные…


     Мы рассматриваем  картины Екатерины Дмитриевой,  видим на них ее и чуть-чуть себя, в тех ли декорациях, немного ли иных, но будящих, и это несомненно, те же щемяще-ностальгические нотки.  Эту тему поддерживает и картина «Цирк приехал», на которой дети, не замечая тесноты городского двора, зажатого между домами и машинами, чувствуют себя столь же вольготно, как и на сельских просторах. Солнце, дружба, бумажные кораблики, и приближающиеся голубые вагончики – цирк, все это принадлежит только им!  


     Очень сильное эмоциональное воздействие оказывают на зрителей три больших полотна, самостоятельных, но вместе с тем связанных одной нитью-темой: странники, несущие благую весть. На одном из полотен («Весенний воздух») нас прямо-таки завораживает пастельно-феерическая рыжеволосая дама, полуреальная, из небытия проявляющаяся женщина, фея, мечта. То ли ветрами соткана, то ли цветами, то ли из воздуха сплетена эта странница – символ прекрасного, но она следует из города в город, из века в век и будит, и зовет, и влечет за собой.

Другой странник не столь безудержен, он нетороплив и безмятежен («Странник № 2»). Ступая босыми ногами по мерзлой земле, он оставляет за собой проталинки и нежные подснежники, и птиц - вестников весны. И это синие птицы и, как и положено синим птицам, они несут счастье. И скоро уже весь объем заполнят весна, цветы, свет, счастье и любовь.


     А на третьем холсте явилась нам «Речная нимфа» – олицетворение водной стихии – и с ней вместе мы ощутили и щедрость, и нежность, и тайну. Яркая контрастная явь земли и неба, прозрачно-бесплотная сущность нимфы, и все же ее дары и милости реальнее и правдивее всего осязаемого и незыблемого.


     В работах  Екатерины Дмитриевой ощущаешь неуспокоенность художника, когда сквозь плавное течение жизни проступает сильная внутренняя энергия, напряжение. Здесь лирика соседствует с драмой, легкие пасторальные сцены оттеняет бушующая стихия, уживаются обыденность и фантазия, пастельные мягкие тона и резкий контрастный мазок, реальный мир и сказочные образы.


     Наша вера в чудо и синюю птицу делает нас сильными, и эту веру дарят нам полотна Екатерины. Своими многообразными картинами, своими радостью и грустью, прошлым опытом и будущей надеждой она делает нас счастливее. С ней мы побывали в детстве и в добрых сказках, в ранневесенней степи и на речном дне, нас пронзила стрела бездушного города, и остудила прохлада летнего сада, поманила неизбывная мечта о Париже, и заворожило волшебство белого города.


     Синяя птица – счастье с неба, выбирает людей, наделенных благородством и духовностью, добротой и щедростью, красотой и изяществом. И подобных героев находит для своих полотен Екатерина, это ее стиль, ее сущность, потребность ее души. Крыльями наделяет она своих персонажей, крылат и ее дух!
                                                                                                            
Елена Шустрова